lv
ru
ua
en

00:23
Александр Дюков: латыши и эстонцы получали награды за участие в геноциде

Александр Дюков: латыши и эстонцы получали награды за участие в геноциде

http://www.baltija.eu/news/read/35985

27 января 2014 года исполнилось 70 лет со дня полного снятия фашистской блокады Ленинграда. За 872 дня целенаправленного геноцида только от голода погибло более 600 000 человек. Свой вклад в истребление жителей Ленинграда внесли и коллаборационисты прибалтийских республик, многие из которых так и не понесли наказания.

А.ДюковКак отметил известный российский ученый-историк, директор фонда «Историческая память» Александр Дюков, это был именно геноцид, поскольку массовая гибель людей стала результатом преступления, которое было заблаговременно спланировано нацистским руководством.

Интервью с экспертом публикует интернет-издание RuBaltic.Ru. Беседовал Александр Носович.

- Какую роль в установлении и поддержание блокады играли латышские и эстонские коллаборационисты, которых нынешние власти балтийских республик представляют как благородных борцов за свободу своего отечества?

- Для начала давайте зафиксируем один неоспоримый, но в последнее время почему-то забывающийся, факт: массовая гибель ленинградских жителей во время блокады была преступлением, заблаговременно спланированным и последовательно реализованным нацистским руководством.

Уже 8 июля, через несколько недель после нацистского нападения на Советский Союз, начальник германского генштаба генерал Гальдер зафиксировал в дневнике: «Непоколебимо решение фюрера сравнять Москву и Ленинград с землей, чтобы полностью избавиться от населения этих городов, которое в противном случае мы потом будем вынуждены кормить в течении зимы». В конце августа 1941 г. все тот же генерал Гальдер подписал адресованную командованию группы армий «Север» директиву, в которой предписывалось блокировать Ленинград, капитуляцию не применять, а попытки населения выйти из кольца блокады – «предотвращать, при необходимости с применением оружия».

Месяц спустя планы нацистов относительно Ленинграда были зафиксированы в директиве начальника штаба военно-морских сил Германии: «Фюрер решил стереть город Петербург с лица земли… Если вследствие создавшегося в городе положения будут заявлены просьбы о сдаче, они будут отвергнуты так как проблемы, связанные с пребыванием в городе населения и его продовольственным снабжением, не могут и не должны нами решаться. В этой войне, ведущейся за право на существование, мы не заинтересованы в сохранении хотя бы части населения».

Война против Советского Союза была для нацистов особой войной, войной на уничтожение; в ее рамках предусматривалось «освобождение» захваченных территорий от значительной части местных жителей путем как прямого уничтожения, так и уничтожения голодом. От голода погибали не только жители блокированного Ленинграда, но и люди, проживавшие на оккупированной территории. Ужасающий голод был организован нацистами по другую сторону блокадного кольца, на захваченной ими территории Ленинградской области.

Соответственно, правильно рассматривать участие прибалтийских коллаборационистов не в одном, а в двух преступлениях: во-первых, в собственно в блокаде Ленинграда, и, во-вторых, в организации голода в Ленинградской области. Исследования современных историков показывают, что в непосредственное участие в блокаде Ленинграда принимало значительное число сформированных нацистами латышских формирований, в том числе:

 

 

16-й латышский шума-батальон «Земгале», сформированный в сентябре 1941 г. в Риге, уже в конце октября того же года был переброшен в Ленинградскую область. В феврале 1943 г. участвовал в боях на Пулковских высотах. В 1943 г. батальон был включен в состав 1-го латышского добровольческого полка СС.

19-й латышский шума-батальон, сформированный в декабре 1941 г. в Риге, в мае 1942 г. принимал участие в боевых действиях в районе Красного села, прикрывал Лиговский канал до г. Урицк. В 1943 г. батальон был включен в состав 1-го латышского добровольческого полка СС.

21-й латышский шума-батальон, сформированный в конце 1941 г. в Лиепае, в апреле – июне 1942 г. принимал участие в боевых действиях в районе Красного села, прикрывал Лиговский канал до г. Урицк. В 1943 г. батальон был включен в состав 1-го латышского добровольческого полка СС.

24-й латышский шума-батальон, сформированные в Лиепае, в мае - июне 1942 г. и ноябре 1942 – марте 1943 гг. действовал в районе Петергофа. В 1943 г. батальон был включен в состав 2-го латышского добровольческого полка СС.

Помимо этого, на территории оккупированной Ленинградской области с начала 1942 г. карательные функции осуществляли эстонские коллаборационистские подразделения (в одном из которых служил недавно скончавшийся Х. Нугисекс), а с лета 1942 г. – 282, 283, 283, 285-й латышские полицейские батальоны.

Эти каратели принимали участие в прямом уничтожении мирного населения. Значительный вклад в массовую гибель населения Ленинградской области внесли эстонские пограничные полки «Омакайтсе», блокировавшие границу Эстонии и Ленинградской области и, таким образом, препятствовавшие бегству мирных жителей из зоны голода. В сохранившихся в Государственном архиве Российской Федерации итоговых отчетах «Омакайтсе» эта борьба с голодающими отмечается как большое достижение эстонских коллаборационистов.

Таким образом, прибалтийские коллаборационисты внесли не слишком значительный, но, несомненно, существенный вклад в реализацию нацистской истребительной политики в отношении жителей Ленинграда и Ленинградской области. То есть – в геноцид.

- Получали ли участвовавшие в блокаде прибалтийские коллаборационисты награды, денежные пособия или какое-либо другое поощрение от властей нацистской Германии?

- Разумеется, получали. Были военные награды, было повышение в званиях, были благодарности. Один коллекционер показывал мне как-то благодарственную грамоту, выданную военнослужащему эстонского полицейского батальона за участие в блокаде…

- А от властей нынешних балтийских стран эти люди что-нибудь получили?

Ну, это было бы страшным скандалом. За участие в блокаде этих людей, разумеется, не награждают, этот эпизод прочно вытеснен из общественной памяти прибалтийских стран. А вот за участие в боях против Красной Армии – награждают.

Уже поминавшийся мною эстонский эсэсовец Харальд Нугисекс, был в свое время награжден президентом Эстонии Леннартом Мери почетным знаком «Надломленный василёк». Более высоких наград Эстонской Республики Нугисекс не получил лишь потому, что эстонские власти осознавали: на Западе подобного награждения эсэсовца не поймут.

- Остались ли еще в живых выходцы из Прибалтики, участвовавшие в блокаде Ленинграда? Требует ли суда над ними Россия или международные антифашистские организации?

- Скорее всего, остались. Однако, увы, эти люди до сих пор не установлены. А жаль: блокада являлась геноцидом, а подобные преступления не имеют срока давности. Осуждение прибалтийских соучастников нацистского геноцида было бы чрезвычайно важно и для России, и для современных государств Прибалтики. Надеюсь, что международные антифашистские организации обратят внимание на это направление работы.

Участвовавших в Холокосте разыскивают до сих пор; почему же ненаказанными остаются участвовавшие в блокаде? Уверен, что среди ныне живых эстонских и латышских ветеранов Ваффен СС и полицаев таковые есть.

 

«Рядами стройными проходят ленинградцы, живые с мёртвыми…»
31.01.2014
Яков Черкасский



К семидесятилетию полного освобождения города Ленинграда от блокады немецкими войсками


Первым днём блокады Ленинграда считается 8 сентября 1941 года – в этот день немцы заняли город Шлиссельбург на Ладожском озере, замкнув кольцо окружения с юга. Обеспечение горожан самым необходимым для жизни, прежде всего продовольствием и медикаментами, а с наступлением холодов – материалом для отопления жилищ, ухудшалось с каждой неделей. Остановился городской транспорт.

«Смерть стала явлением, наблюдаемым на каждом шагу»

Наибольшее число смертей от голода (от четырёх до шести-семи и более тысяч ежедневно) пришлось на зиму 1941−1942 годов. 15 ноября 1941 года жительница блокадного города Елена Скрябина записала в дневнике: «Смерть стала явлением, наблюдаемым на каждом шагу. К ней привыкли, появилось полное равнодушие: ведь не сегодня – завтра такая участь ожидает каждого. Когда утром выходишь из дому, натыкаешься на трупы, лежащие в подворотне, на улице. Трупы долго лежат, так как некому их убирать».

Немецкие войска подвергали город ежедневным массированным артиллерийским обстрелам, в том числе из орудий большой мощности, и бомбёжкам.

В 1941−1942 годах Красная армия провела четыре операции с целью деблокады Ленинграда. Только пятая оказалась успешной – в январе 1943 года блокада была прорвана на узком участке вдоль южного берега Ладожского озера, но попытки расширить этот коридор закончились неудачей.

Окончательно прорвать блокаду города оказалось возможным лишь год спустя, 27 января 1944 года, в результате наступления Ленинградского, Волховского и Второго Прибалтийского фронтов.

Сколько точно жителей и защитников Ленинграда погибло за время блокады, продлившейся 872 дня, остаётся до сих пор неизвестным. Ряд историков считает, что если подвести итог всем потерям, вызванным блокадой, то сумма жертв составит не менее полутора миллионов человек.

Это число включает, по меньшей мере, восемьсот тысяч ленинградцев, умерших от голода в течение зимы 1941−1942 гг.

Сказка о благородном маршале Маннергейме

Описывая блокаду Ленинграда, его подвиг и страдания, многие авторы, не жалея (и абсолютно справедливо!) обличительных выражений и интонаций в адрес немецких войск, почему-то забывают напрочь, что блокада города была бы невозможна, если бы её с севера не осуществляла финская армия.

Финны, начав наступление на Онежско-Ладожском перешейке 10 июля 1941 года, заняли его, в начале сентября вышли на рубеж реки Свирь, 30 сентября овладели Петрозаводском.

На Карельском перешейке финны начали наступать 31 июля 1941 года, и к концу лета вышли к старой границе, то есть той, что проходила на Карельском перешейке до «Зимней войны» (советско-финской войны ноября 1939 года – марта 1940-го). От Ленинграда их теперь отделяло около тридцати километров.

В августе 1941 года немецкое командование неоднократно предлагало маршалу Карлу Маннергейму (Carl Gustaf Emil Mannerheim), верховному главнокомандующему армии Финляндии, принять участие в штурме Ленинграда, а также продолжить наступление южнее реки Свирь для соединения с немцами, наступавшими на Тихвин.

Но финны остановили свои войска и дальше не сделали ни шагу.

Это сдержанное поведение Маннергейма некоторые не очень сведущие люди в последние годы стали объяснять особой позицией, которую якобы занимал Маннергейм во время войны. Позицию эту объясняют его прошлым – Маннергейм, тридцать лет прослуживший в русской армии, участник русско-японской и Первой мировой войны, генерал-лейтенант русской армии, много лет живший в Петрограде, отказался-де штурмовать и обстреливать город, который он хорошо знал и любил.

Маннергейм действительно не был сторонником боевых действий против Ленинграда – финны город не бомбили и не обстреливали, разместить дальнобойную артиллерию на своей территории немцам не разрешили.

Но на самом деле совсем другие причины подвигли Маннергейма не углубляться на территорию Советского Союза.

Во-первых, Красная армия на Ка­рельском перешейке опиралась на систему долговременных сооружений Карельского укрепрайона, штурмовать которые финнам, при малом количестве у них тяжёлых танков и тяжёлой артиллерии, было не по силам.

Во-вторых, значительное влияние на позицию Маннергейма оказала крайне негативная реакция США и Великобритании на захват финской армией Петрозаводска и берегов реки Свирь, то есть территорий, находившихся далеко за старой советско-финской границей. 5 декабря 1941 года Великобритания объявила войну Финляндии после её отказа прекратить военные действия против СССР.

В-третьих, солдаты финской армии начали отказываться переходить старую границу – они не понимали, почему должны проливать кровь на чужой территории.

Таким образом, отнюдь не благородство Маннергейма и не его любовь к России и Петрограду остановили наступление финских войск осенью 1941 года. Маннергейм был не только умелым военачальником, но и дальновидным, прагматичным политиком, которого одолевали заботы о будущем Финляндии, а отнюдь не России. Свой отказ принимать участие в захвате Ленинграда он объяснял в феврале 1942 года тем, что «ни один русский никогда не забудет, если мы сделаем это».

Не лучше ли было объявить Ленинград «открытым городом»?

В советские времена при описании блокады Ленинграда на первый план выводились прежде всего примеры героического поведения и патриотизма жителей города, их самоотверженного труда во имя победы, их взаимопомощи. Только в годы «гласности», а затем после крушения советской власти стало возможным воссоздать в полном объёме подлинную картину запредельных мук и страданий, доставшихся на долю осаждённого Ленинграда. И уже во второй половине 1980-х годов у многих из тех, кто сам пережил блокаду, у ленинградцев возрастом помоложе, да и просто у людей, интересующихся недавней историей своего Отечества, не могли не возникнуть вопросы: а можно ли было, когда угроза полного окружения города обрела свои зловещие очертания, что-то предпринять, чтобы отвести страшную беду? А может быть, и не следовало столь самоотверженно и стойко защищать Ленинград – не лучше ли было объявить его в соответствии с нормами международного права «открытым городом», чтобы не допустить в нём боевых действий и избежать его разрушения и гибели жителей (как, например, это было сделано правительством Франции в июне 1940 года при приближении к Парижу частей вермахта)?

Виктор Астафьев¸ один из крупнейших русских писателей XX века, в интервью газете «Правда» 30 июня 1989 года высказался так: «Миллион жизней – за город, за коробки? Восстановить можно всё, вплоть до гвоздя, а жизни не вернёшь… А под Ленинградом? Люди предпочитали за камень погубить других людей. И какой мучительной смертью! Детей, стариков…»

Вышеуказанная точка зрения имеет до сих пор немало сторонников, но при всём безмерном уважении к Виктору Астафьеву, талантливому писателю и безжалостному критику сталинской тоталитарной машины, надо сказать чётко и недвусмысленно: эта точка зрения неверна.

Прежде всего потому, что её сторонники забывают: Гитлер вёл войну против СССР (в отличие от войны с той же Францией) «на уничтожение», она носила расово-мировоззренческий характер с заранее определённой целью – завоевание «жизненного пространства» на Востоке.

Уже в начале июля 1941 года Гитлер принял решение «сровнять Москву и Ленинград с землёй, чтобы полностью избавиться от населения этих городов». В конце августа 1941 года Гитлер отказался от намерения взять Ленинград штурмом, немецкие войска получили приказ: «Блокировать город Ленинград кольцом, как можно ближе к самому городу, требований о капитуляции не выдвигать, запрещается штурмовать город силами пехоты».

Далее предписывалось: «Каждую попытку населения преодолеть окружение предотвращать, при необходимости – с применением оружия».

Таким образом, если бы даже Ленинград и был объявлен «открытым городом» или заявил о своей сдаче, то можно не сомневаться – парламентёры и жители города, пытающиеся вырваться из осаждённого города, были бы встречены колючей проволокой, минными полями и пулемётами.

Немцы кормить ленинградцев не собирались, финны – не имели возможности

К области антинаучной фантастики следует отнести мнение о том, что с предложением о сдаче города следовало обратиться к финнам. Немецкие руководители с началом войны соблазняли своих финских коллег разрешением присоединить к Финляндии советскую территорию, доходящую до Невы, включая Ленинград, но неизменно получали отрицательный ответ: «У нас нет запасов продовольствия, чтобы выдавать его гражданскому населению».

И действительно, ещё в 1940 году в Финляндии было введено нормирование хлеба, масла, мяса и молока, в начале 1941 года – яиц и рыбы. Нехватка основных продуктов питания усугубилась со вступлением Финляндии в войну в 1941 году.

Неспособность Финляндии взять «на себя» голодающий Ленинград станет понятной, если учесть, что её население составляло 3 миллиона 864 тысячи человек, а население Ленинграда в сентябре 1941 года – 2 миллиона 451 тысячу человек, всего же вместе с жителями пригородных районов в блокадном кольце оказались 2 миллиона 887 тысяч человек.

И в случае захвата Ленинграда его жителей ждала бы судьба более страшная, чем в действительности. Немцы кормить их не собирались, финны – не имели возможности.

Признание врага: воля населения к сопротивлению не была сломлена

С течением времени ленинградская блокада не только не потеряла своего прежнего ореола, но коллективный Подвиг (намеренно пишу это слово с большой буквы) ленинградцев предстал перед нами в ещё более трагическом и в то же время – подчеркну это особо! – героическом свете.

В условиях, когда простое физиологическое выживание кажется нам, нынешним, невозможным, «блокадники» в подавляющем своём большинстве (цитирую один из откликов в интернете) «не превратились в безумное забитое стадо, готовое грызть друг другу глотки ради крошки хлеба, не утратили достоинства, умения трудиться, творчески мыслить, учиться и развиваться».

Отдавая должное мужеству и стойкости воинов Красной армии, массово гибнувших на «Невском пятачке» и в Синявинских болотах, скажем чётко и недвусмысленно: их героизм, их старания обернулись бы прахом, если бы не столь же массовое самопожертвование простых горожан, умиравших от голода и холода – но с верой в победу!

Любопытный факт – 19 февраля 1945 года рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер (Heinrich Himmler), в то время командующий Группой армий «Висла», которая прикрывала подступы к Берлину, разослал командирам подчинённых дивизий обзор мероприятий, позволивших ленинградцам в своё время выстоять – чтобы немецкое командование и население немецких городов брало с них пример. «Воля населения к сопротивлению не была сломлена, – писал Гиммлер. – Ненависть населения к нам стала важнейшим мотором обороны». Это признание лютого врага дорогого стоит!

Анна Ахматова, в творчестве которой «петербургская тема» – одна из сквозных, обращаясь мыслями к трагической судьбе своих земляков (она была эвакуирована из блокированного города в сентябре 1941 года), в стихотворении, написанном в августе 1942 года, писала:

Рядами стройными
проходят ленинградцы,
Живые с мёртвыми.
Для славы мёртвых нет.

Те из «блокадников», кому удалось выжить, и те, кто заснул вечным сном от голода, холода, вражеских бомб и снарядов – все они в равной степени достойны немеркнущей славы и нашей благодарной памяти.


Оригинал

Источник: This day in history

Сегодня 18 января

но в 1943 году

Прорвана блокада Ленинграда.
 ...Прорвана блокада Ленинграда. Блокада Ленинграда — осада немецкими, финскими и испанскими (Голубая дивизия) войсками во время Великой Отечественной войны города Ленинграда (ныне Санкт-Петербург). Длилась с 8 сентября 1941 по 27 января 1944 (блокадное кольцо было прорвано 18 января 1943 года) — 879 дней. Прорыв блокады Ленинграда 1943 года, наступательная операция войск Ленинградского и Волховского фронтов во взаимодействии с Краснознамённым Балтийским флотом (КБФ) в Великой Отечеств, войне, проведённая 12—30 января. Цель операции — разгромить группировку противника южнее Ладожского оз. и восстановить сухопутные коммуникации, связывающие Ленинград со страной. Далее

 

 

Заметки об участии латышских коллаборационистских формирований в блокаде Ленинграда

 

 

 

 

 

 

 

 

Поскольку скоро 70-летие снятия блокады Ленинграда, захотелось понять вклад, внесенный в блокаду латышскими коллаборационистскими подразделениями. Есть такая книга "900 дней боев за Ленинград. Воспоминания немецкого полковника". Написана она Хартвигом Польманом, командиром одного из участвовавших в блокаде немецких полков, но представляет не столько воспоминания, сколько педантичный исторический труд, с подробным перечислением участвовавших в боях под Ленинградом подразделений.

И вот какая получается картина.

Начиная с конца 1941 г. "эстонские и латвийские полицейские части занимались охраной тыловых районов".

В начале 1942 г. во время боев под Волховым "части различных дивизий были смешаны друг с другом, существовали боевые группы, состоявшие из немецких, испанских, фламандских и латышских батальонов".

В марте-апреля 1942 г. "на Ленинградском фронте стояли дивизии L корпуса, дивизия СС «Полицай», 24-я дивизия, части 215-й дивизии (группа Гейн), 250-я испанская дивизия и 215-я дивизия. На побережье обеспечивали прикрытие береговые батареи, временные боевые формирования латышских добровольцев".

"В самом начале лета 1943 года части 18-й армии, отдохнувшие и получившие пополнение, занимали укрепленные позиции на установившейся линии фронта. От Новгорода до района Спасской Полисти, то есть частью на верхнем Волхове, частью у шоссе, стоял XXXVIII корпус в составе 1-й полевой дивизии люфтваффе, 217-й пехотной дивизии и латышской бригады добровольцев".

В начале января 1944 г. "начиная от озера Ильмень под Новгородом располагался XXXVIII корпус в составе 1-й полевой дивизии люфтваффе, 28-й воздушно-десантной дивизии и 2-й латышской бригады СС".

Таким образом, получается, что эпизодическое участие в блокаде Ленинграда латышские "добровольцы" принимали уже с начала 1942 г., а с лета 1943 г. в блокаде принимала участие латышская добровольческая бригада СС - та самая, которая впоследствии была развернута в 19-ю латышскую дивизию Ваффен-СС.

http://www.rus-obr.ru/blog/28938

 


 

Категория: Из истории | Просмотров: 1113 | Добавил: Admin | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar